Некоторые говорят, что дело Нигера погибло с самого начала из-за предательства Эмилиана. Называют две причины этого предательства. Одни говорят, что он злоумышлял против Нигера, завидуя ему и досадуя, что тот, его преемник по наместничеству в Сирии, теперь намеревается стать сильнее его, как государь и владыка. Другие утверждают, что Эмилиана толкнули на это решение его дети, которые прислали ему письмо и молили поступить так для их спасения. Север, найдя их в Риме, схватил и держал под стражей. Он весьма предусмотрительно воспользовался этой хитростью. Так же и у Коммода было обыкновение оставлять у себя детей наместников, посылаемых в провинцию, чтобы иметь залог их преданности и верности. Зная это, Север, как только был провозглашен императором (а Юлиан был еще жив), тайно послав людей, позаботился о том, чтобы его собственные дети были выкрадены из Рима и не оставались во власти другого. Сам же он, как только вступил в Рим, схватил всех детей тех, кто был наместником или занимал какие-нибудь должности на Востоке и по всей Азии1, и держал их при себе под стражей, чтобы наместники, желая спасти своих детей, покинули Нигера или, если уж они останутся ему верны, то прежде чем успеть причинить зло, пережили бы горе от потери своих детей. После поражения при Кизике сторонники Нигера бежали со всей возможной быстротой, одни в предгорья Армении, а другие в Галатию и Азию2, стараясь побыстрее перейти Тавр, чтобы оказаться по ту сторону укреплений. Войско же Севера, пройдя область Кизика, поспешно направлялось к соседней Вифинии3.
Прожив достаточно времени в Риме, Север объявил своих сыновей соправителями и императорами4. Стремясь снискать славу победителя не только в междоусобной войне против римских войск(в честь этого события он даже боялся праздновать триумф), но воздвигнуть трофеи и в войне с варварами, Север предпринял поход на Восток, выставив предлогом дружбу Барсения, царя атренов, с Нигером. Прибыв на место, он пожелал пройти через Армению, но армянский царь, предупредив его, послал ему деньги, дары и заложников, умоляя о мире и обещая дружеский союз и преданность5. Так как в Армении все вышло согласно намерению Севера, он сразу же двинулся против атренов, к нему перебежал осроенский царь Авгар, представив в обеспечение верности заложниками своих детей и дав ему в помощь множество лучников6.
Когда был наведен такой порядок и собралось великое множество войска, Александр счел, что его войско не уступает в силе и количестве всей массе варваров; посоветовавшись с друзьями, он разделил армию на три части и первой части отдал приказ повернуть на север и, пройдя через Армению, которая считалась дружественной римлянам, вторгнуться в страну мидян7, вторую же часть послал на восток варварской земли, где, говорят, Тигр и Евфрат, соединяясь, теряются в огромных болотах и по этой причине оказываются неизвестными устья только этих одних рек8; третью же, наиболее сильную часть армии, которой командовал он сам, он обещал вести против варваров средним путем9. Таким образом он надеялся с разных сторон напасть на ничего не ожидавших и не остерегавшихся врагов; масса, все время разделяясь для отражения наступающих, ослабеет и будет сражаться в беспорядке. Ведь варвары не дают жалованья воинам, как римляне, и не имеют регулярных и постоянных лагерей, где упражняются в воинских искусствах; у них собираются поголовно все мужчины, а иногда и женщины, когда прикажет царь. По окончании же войны каждый возвращается к себе домой, обогатившись тем, что досталось ему от награбленного. Луками и конями пользуются они не только во время войны, как римляне, но занимаются ими с детства и проводят жизнь в охоте, никогда не снимая с себя колчанов и не сходя с коней, но всегда пользуясь ими или против врагов, или против зверей. Вот так рассудил Александр, как казалось, наилучшим образом. Судьба же расстроила его план. Войско, посланное через Армению, с трудом и риском перевалив через горы этой страны, скалистые и крутые (впрочем, в летнюю пору10 путь там был еще довольно сносен) и вторгшись в страну мидян, опустошало ее, сожгло много деревень и увело большую добычу. Перс, узнав об этом, пришел на помощь с военной силой, отразить же римлян нисколько не сумел, ибо сама страна, будучи каменистой, давала возможность идти пехоте уверенным шагом по удобному пути; конница же варваров из-за крутизны гор замедляла свой бег и с трудом могла преследовать и нападать. Тогда же пришли к персу некие вестники с сообщением, что показалось другое войско римлян в восточных парфянских областях и наступает по равнинам. По этой именно причине, опасаясь, как бы они, быстро опустошив парфянские земли, не вторглись в Персию, он, оставив некоторую часть своих сил, сколько, по его мнению, достаточно было для защиты Мидии, сам со всем войском поспешил на Восток. Армия же римлян продвигалась, не соблюдая порядка, так как никто не появлялся, никто не оказывал сопротивления, а кроме того, была надежда, что Александр с третьей частью армии, самой сильной и значительной, нападет на варваров в центре, варвары же, все время стягиваясь для сопротивления против тех, кто их тревожит, дадут тем самым остальным римлянам возможность двигаться более спокойно и безопасно.
Конец Пертинакса, ниспровержение Юлиана, прибытие Севера в Рим и поход против Нигера описаны в предыдущей книге. Нигер, получив совершенно неожиданное для него известие, что Север захватил Рим, что сенат провозгласил его императором и что Север ведет против него все пешее иллирийское войско и флот, впал в величайшее смятение; он начал рассылать наместникам провинций приказы охранять все подходы к стране и все гавани. К царям парфян, армян и атренов11 он отправил послов, прося их быть ему союзниками. Армянский царь12 ответил, что он не будет союзником ни того, ни другого — с него будет довольно охранять свое, так как Север уже приближается. Парфянский13 обещал приказать своим сатрапам собирать силы: это у них обычный способ собирать войско, когда возникает в нем нужда, так как наемников и постоянной армии у них нет.
Совершив описанное выше, он, взяв все войско и бесстрашно перейдя мост, начал сражаться с германцами. Он привел с собой великое множество людей и почти всю римскую силу, огромное число мавританских копьеметателей, осроенских и армянских лучников, из которых одни были его подвластными, другие — друзьями и союзниками, и тех из парфян, кто либо был подкуплен деньгами и перебежал к нему, либо был захвачен в плен и находился в порабощении у римлян. Эта масса войска еще раньше была набрана Александром, увеличена же Максимином и вымуштрована им военными упражнениями. Копьеметатели и лучники слывут особенно подходящими для сражения с германцами, так как они, не раздумывая, нападают на не ожидающих этого и легко отступают.
1Сразу после своего прибытия в Рим Север прежде всего позаботился о захватедетей Нигра, послав за ними, по одним сведениям, Плавциана (SHA, Sev., VI, 10),по другим — Фульвия (SHA, Nig., V, 2).
2Галатия — названная по осевшим здесь в первой половине III в. до н. э.кельтам-галатам (галлам) область на центральном плоскогорье Малой Азии в районеАнкиры (совр. Анкара). Азия — это провинция Азия, состоящая из ападныхприбрежных областей Малой Азии — Мисии, Лидии, Карии, а также внутреннейобласти Фригии.
3Провинция Вифиния и Понт, расположенная на северо-западном и северномЧерноморском побережье Малой Азии. Вообще же, после битвы у Кизика сложиласьследующая ситуация: основные силы Паннонской армии под командованием КлавдияКандида, к которому, возможно, присоединилось войско Фабия Цилона из Перинфа,двигался в восточном направлении; другая часть сил Севера, осаждавшая Византий— прежде всего, это войска из Мезии под командованием Мария Максима, — угрожалаВифинии с севера; сам Север в это время прибыл во Фракию вместе с новымирекрутами, однако, согласно Диону (apud Xiph., LXXV, 6,1), не переправился в Азию, чтобы принять на себя непосредственное командование.
7Север пробыл в Риме несколько месяцев, и за это время он лишь утвердил спомощью сенатского постановления Каракаллу в звании Цезаря. Уже позже, послеПарфянской кампании Каракалла был провозглашен соправителем отца, а Гета —Цезарем (SHA, Sev., XVI. 3—4).
8Армянский царь Вахарш II (греч. Вологез), сын Санатрука, прислал к Северупослов и предлагал часть Армении взамен на мир (Dio. apud Xiph., LXXV,9,6).
9Абгар VIII и его сын оставались правителями в Эдессе, столице Осроены, втечение всего периода правления Севера, так что провинция Осроена, созданнаяСевером в 195 г., по всей видимости, не включала в себя Эдессу и некоторыетерритории вокруг нее.
10Лето 232 г.
11Это жители Хатры — города-государства в Месопотамии. Он расположен вСеверной Месопотамии, на границе центральной Месопотамской пустыни, рядом срекой Тигр. Хатра, вместе с Пальмирой и Вавилоном, была одним из основныхкараванных центров, связывающих Парфию с Западом. Поэтому город был богатый ихорошо укрепленный. Траян не смог его захватить во время кампании 117 г.
12Этим армянским царем был либо Вахарш II, сын Санатрука (Dio., XXV, 9,6 —греч. Вологез), либо его отец, армянский царь Санатрук (см. о нем Suida, но бездатировки; см. также Фавста Византийского (IV, 24) об усыпальнице «армянскогоцаря Санатрука»).
13Это был сравнительно молодой Вологез IV, взошедший на престол в 191/192г.
Текст адаптирован командой «АНТИТОПОР»
www.antitopor.com
