Азербайджанская псевдоисториография претендует на армянскую родину, считая её своей, чему свидетельство бесконечные упоминания Еревана как своего города.
При этом азербайджанцы претендуют также на Мидию, которую ещё в советские времена вскользь привязывали к Азербайджану. В таком случае, для них есть одна проблема. Мидия изначально центрировалась возле гор Загроса, то есть это никак не армянская родина. Следовательно, азербайджанцы лишь ухудшают свое положение этой фальсификацией, так как получается, что азеро-мидийцы не местные. Мало того, ещё и позже ассимилированные персами. Желание владеть обширной историей идёт вразрез с официальной линией.
Другое, не менее странное приписывание - это упоминание Агванка как "древнего Азербайджана". Даже если приписать Арцах Агванку, как делают "гениальные историки" Азербайджана, то всё равно армянская родина и Ереван находятся вне его территории. То есть опять азеро-албаны оказались не местными. Жители Агванка частично растворились в тюрках, а частично ушли на север, на Кавказ. Азербайджану тогда понадобится приписать себе и часть Кавказа, и речь не только о Дербенте.
Всё это вынуждает не только приписывать себе эти народы, но и искажать их историю.
Изначальная линия этой пропаганды направлена на приписывание Азербайджану Арцаха и Армении, а также на роль жертвы в войне с армянами. В свою очередь, слабость и фальшивость исторической науки приводит к тотальной жажде забрать как можно больше себе. Отсюда получается, что иногда Азербайджан идёт в разрез с турецкой линией, так как обзывает азербайджанскими те земли, которые обзывают турецкими турки. Концепция единой нации снимает, как казалось, это противоречие, но тогда получится, что Мидия, Агванк - это тоже турки. Навряд ли турецкая элита и сами турки знают об этом.
На политическом фронте Алиев может заявить претензии лишь на Восточную Армению, так как претензии дальше будут претензиями Турции. Идея о едином государстве - пропаганда для масс, так как элиты обоих государств не только не захотят чьего-то подчинения, но и имеют ряд противоречий. Поэтому многие бредовые идеи, записанные в азербайджанских учебниках, остаются там, так как на политический уровень не могут вывестись.
Например, идея о том, что армяне не армяне, а хаи, исключительно внутреннего пользования. Алиев не может открыто сказать это, потому что единства у сказочников нету. Одни говорят, что там жили арменийцы, другие, что эрмены - это тюрки, третьи, что эрмены - азербайджанцы. В любом случае, Алиев будет вынужден заявить, что армяне - это они из-за приписывания Еревана. Тогда вся бредовость картины будет ясна всем (когда половина Азии наводнена ими).
В этом же отношении открытое заявление Алиева об Ереване не столь имеет внешний, сколько внутренний аспект, так как услаждает желания масс в подтверждении своего вымышленного статуса.
Соподчинённая турецкой историографии, азербайджанская решила раздвинуть свои пределы в три раза, особо не скромничая. От Арцаха перейдя к Передней Азии, а то и к шумерам. Некоторые азербайджанские учебники даже умудряются Тигр и Евфрат переименовывать на свой лад - Дядж и Фярат.
Произошла ироничная ситуация. Азербайджан не только приписывает себе армянскую культуру, но ещё и хочет показать, что не хуже армян он везде во всём мире.
Правда, если армяне оставили свой древний след на папирусе, пергаменте, дереве, камне, металле и бумаге, то азербайджанцы - только на бумаге, распечатанной в принтере.
Артур Акопян
ИАПС Антитопор
