Существует такой тезис, который иногда пытаются протолкнуть противники исторической, юридической и правовой науки, что "Геноцид армян - вовсе не геноцид и не ужасное преступление, ведь тогда геноцидом можно назвать что угодно, и походы Чингисхана, и экспансию Ассирии и т.д. И тогда почти все окажутся антигуманны, не только турки".
Во-первых, наличие прецедентов не освобождает от ответственности. Допустим, проживание в преступном районе не легитимирует убийства и грабежи и не смягчает наказание, потому что "так все делают". Скорее наоборот, выходцы из таких районов получают ещё более пристальное внимание, иногда даже без особой причины.
Во-вторых, существование данного тезиса уже намекает на то, что его авторы подтверждают массовые резни армян, просто название считают неправильным, что уже рушит всю основную картину отрицания.
Ну и, пожалуй, самый главный аргумент против тезиса таков. Всё бы ничего, если бы не Гаагская конференция 1899 г. Именно эта конференция впервые подняла вопрос о гражданском и мирном населении в период военных действий и заострила внимание на гуманности их атак и убийств. Именно тогда и в последующих международных актах будущая Лига Наций, а позже и ООН сформируют основные положения о ведении войн, с учётом фактора безоружного и мирного населения.
Одним из подписантов уже 2-ой Гаагской конференции была Османская империя в 1907 г., что говорило о её юридическом согласии с тезисами о безопасности и негуманности применения насилия по отношению к мирному населению.
Задолго до 1899 г. в мире было немало событий, которые с описательной точки зрения можно назвать геноцидом: массовые убийства индейцев в течение почти 5 веков, походы Чингисхана, Тамерлана, Тридцатилетняя война, скосившая значительную часть Европы, экспансия Ассирии, убийства христиан в Римской империи и многое другое.
Но разница в том, что в тот период данные события ещё не были осуждены актами и нормами и в международном поле не получили отрицательное определение.
Те самые нормы, которые утверждены на общеморальных ценностях, сделанных обязательным фактором международных отношений в результате развития человеческого сожительства. Мораль и в те времена определяла эти события, но мораль не утверждалась на общих (или близких к общим) началах: монголы имели свою мораль, в Европе ещё не заговорил Джон Локк с веротерпимыми идеями, ассирийцы тем более не понимали преград к своим актам.
Участники международных отношений должны это понимать, что ныне имеют ответственность. Поэтому уже с 1899 года любые акты массового насилия по отношению к народам и этносам являются однозначно (без фраз "у меня своя мораль") бесчеловечными и преступными, и здесь геноцид уже не только исторический, но и юридический и правовой термин. Это и лежит в основе уже самого термина "геноцид".
Турки не только осуществили аморальный, подлый и бесчеловечный акт, но и акт антиправовой и антизаконный. Такой, который уже был осуждён и об осуждении которого турки были прекрасно осведомлены, что им не помешало.
Отсюда любое оправдание Турции о том, что "это не геноцид" - заведомо обречено на провал, который определяет либо неграмотность в правовой науке, либо преднамеренное избегание её. Второй вариант более правдив.
Артур Акопян
ИАПС Антитопор
