Краткая предыстория города и застройка города в 30-х-60-х
Годом основания Еревана Эребуни – 782 г до н. э.,
В 7 в упоминается «Книге писем» (607 г.) в связи с созывом церковного собора католикосом Авраамом.
Далее Ереван упоминается в связи с арабским завоеванием: в августе 650 г. он был осажден арабами, но безуспешно.
Город попал под власть арабов в 658 году. В 660 году там произошло антиарабское восстание. Разгром Тамерланом в 1387 году нанес городу сильный удар. Во времена правления Кара-Коюнлу и Ак-Коюнлу Ереван был важным культурным центром, при том, что до 1441 г управление им оставалось в руках армян.
В XVI-XVII веках Ереван, как и весь регион, служил ареной опустошительных ирано-турецких войн, оказавших серьезное влияние и на демографию региона.
В ходе борьбы между Османской империей и Персией, Ереван 14 раз переходил из рук в руки.
В результате войн, к 1804 году население Еревана сократилось до 6 тыс. жителей, но уже к 1827 году население города составляло уже более 20 тысяч.
Во время первой русско-персидской войны, Ереванская крепость дважды безуспешно осаждалась русскими (в 1804 году Цициановым и в 1808 – Гудовичем). 5 октября 1827 года Ереван был взят войсками Паскевича (получившего за это титул графа Эриванского); в следующем году по условиям Туркманчайского мира Эриванское ханство вошло в состав Российской империи.
Несмотря на статус столицы
губернии, Эривань сохраняла вид бедного провинциально-восточного города, с одно-двухэтажными глинобитными домами, узкими кривыми улочками.
В 1902 году через Эривань прошла первая железнодорожная линия, соединившая ее с Александрополем (Гюмри) и Тифлисом, в 1908 году вторая линия соединила его с Джульфой и Персией, что способствовало ее экономическому развитию.
От этого большого и столь смутного периода до советской власти сохранилось несколько зданий
Сурб Катогике (13-го века) и Голубая мечеть , которая была построена в 18-ом веке, когда регион Еревана находился под персидским господством. Были и другие храмы например, церковь 4-5вв. Погос-Петрос, расположенный на месте современного кинотеатра »Москва» и Православный собор Николая Чудотворца.
В мае 1918 года Эривань становится столицей Республики Армения. В начале декабря 1920 года Эривань была занята Красной Армией; 18 февраля 1921 г в результате общенационального восстания Советская власть была свергнута, однако 2 апреля РККА вновь вступила в Ереван, в котором на 70 лет установилась Советская власть.
При Советской власти начинается масштабная реконструкция Еревана, проводимая с 1924 г по проекту Александра Таманяна, разработавшего особый национальный стиль с использованием элементов традиционной церковной архитектуры и туфа как строительного материала. Но Таманян работал с общей концепцией застройки и в своем развитии город последовательно в ногу со страной начал застраиваться. Если авангардные конструктивизм и рационализм не сильно отразились не его облике, зато Сталинский ампир (в его особой интерпретации, в туфе) расцвел всей красе.
Но в 1955 году принимается постановление «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве», положившее конец сталинскому ампиру. Но только не в Ереване, здесь материал , позволяющий создавать с относительной легкостью резать округлые формы колонн и арочные оконные проемы диктовал свое.
Пример постройки – станция Ереван и привокзальная площадь .Шедевр Е. Кочара – Давид Сасунский -лишь одна из мощный конных скульптур в городе , но пожалуй самая гармоничная.
А что же такое Ереванская крепость и что осталось нам в наследство из глубины веков?
Рассказывая о советском периоде нельзя обойти период предшествующий ему. Потому что так сложилось и преемственность на нашей земле повсюду. Ереванцы хорошо знают названия старых районов и легенды их возникновения, Ведь названия нельзя снести…
Когда город в первой половине 20в. стал планомерно перестраиваться, он уже был сформирован: были обозначены все основные районы центра и пригородов, но, к сожалению ,очень много старых зданий было снесено и перестроено.
Большевики, в общем, не имели ни сословных, ни этно-конфессиональных предпочтений их 10 церквей и 7 мечетей осталось, то что осталось. Справедливости ради стоит отметить, что город столько вытерпевший и до прихода советской власти , на этот момент лежал в руинах. Да и немного о самих руинах. То, что некоторые ставят в упрек ереванцам тот факт, что т.н. дворец Сардара и крепость не удалось сохранить, не вызывает у меня сожаления ни как у ереванца, ни как у архитектора. Достаточно взглянуть на фотографии ее руин, расположения вспомнить о материале из которого она сделана.
В книге «Мозаика Еревана» Эдуарда Авакяна есть такое описание ее : «Старая Ереванская крепость отделялась от собственно города большой площадью. С трех сторон ее были крепостные стены, а четвертая оставалась открытой на обрывистом берегу реки Раздан. Скалистая стена, 15-20-метровой высоты, спускалась к берегу Раздана, делая крепость неприступной. На тяжелых крепостных стенах имелись 50-60 башен и бастионов, земляных, хотя в отдельных местах встречались и каменные, тесаной кладки (на них использовались камни разрушенных церквей)».
В старой крепости имелось два входа: «Баби ширван» и «Таврез Гарбуси». На воротах был изображен персидский воинский знак: лев Ширин и изображение солнца Хуршиди. Во дворце сардара имелась потайная дверь, которая открывалась только во время войны. Старая крепость несколько раз разрушалась во время османских нашествий и землетрясений. Но каждый раз воНо самым знаменательным и красивым строением крепости, конечно же, был дворец сардара. Построили его во время правления Махмад-хана сына Гусейн Али-Хана, и он представлял известный образец персидской архитектуры, особенно его «Шушабанд айван» («Зал с витражем» из разноцветного стекла)....
«Шушабанд айван» полностью от арки до потолка был изукрашен осколками зеркала различной величины и формы. Солнечные лучи, врывающиеся из окон, блестели и переливались в этих зеркалах подобно радуге тысячами бриллиантов. Зеркальными осколками были выложены карнизы, окна с цветными витражами. Потолок расписан цветами — розами и букетиками ириса.
Грибоедов Ереване посещал дворец сардара. Отсюда, из столицы армянской, писал он письма друзьям, описывал свою жизнь в Ереване. В этих письмах много интересных свидетельств о сардаре Гусейне-хане Каджаре, старой ереванской крепости, дворце сардара. Грибоедов рассказывает, как по узким проулочкам они долго добирались до дворца, который оказался, действительно, большим и прекрасным....
Интересно и то, что годы спустя, в 1827 году, после взятия русскими Еревана, в этом «Шушабанд-айване» во дворце сардара силами русских ссыльных офицеров в присутствии автора А.С. Грибоедова состоялось первое представление бессмертной комедии «Горе от ума». Об этом сегодня гласит надпись, которую можно прочесть там, где когда-то находился дворец сардара....
А вот как описывает Хачатур Абовян Ереванскую крепость в своем романе «Раны Армении»: «На каменистом утесе, закинув голову вверх и, как некий тысячеглавый демон, равнодушно озирая окрестности, высится ереванская крепость — тысячелетняя, древняя, дряхлая, с четырех сторон окруженная рвом и укрепленная башнями, с целым ожерельем острых зубцов поверху, с двойным поясом стен, толщиною в пять гязов. Одной ногой оперлась она на Конд, другой — на Дамир-булах...
Трижды осаждали крепость с начала 19 в. только русские войска. Вот свидетельства очевидцев последней осады и взятия крепости:
«В учебниках истории она обыкновенно называется «оплотом Персии» и к ней прибавляется эпитет «неприступной». На самом деле это не совсем так. Крепость, обведенная стеною из обожженного, частью из необожженного кирпича, скрепленного грязью (по способу всех местных сооружений), расположена в котловине и окружена холмами, весьма удобными для возведения укреплений».
«…И стоило только открыть огонь из пушек, поставленных по холмам, чтобы в городе и в самой крепости не осталось камня на камне. Сами персияне мало полагались на свой оплот и старались не допустить Паскевича к городу.»
(см. Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Выпуск 4. 1894 г.).
Весть о победе долетела до Москвы и Санкт-Петербурга. Через несколько дней пришел указ Николая I о присвоении графу Паскевичу в честь победы титула графа Эриванского. А многие добровольцы — русские и армяне — получили памятную медаль «За взятие Эриванской крепости». Такую медаль получил и А.С. Грибоедов, который от начала войны до победного конца находился в армии Паскевича. Взятие Ереванской крепости стало поворотным пунктом в истории народа. В музее истории города Еревана есть небольшой памятник из цельного камня: с одной стороны, высечен русский солдат, с другой — воин-армянин, спина к спине, как символ той славной той победы и дружбы...
Эти три основных квартала имели и внутреннее разделение, с собственными названиями, часто связанными с людьми там обитавшими. Названия, которые сейчас могут показаться странными и звучат непонятно, отражали давние и ближние времена старого города, становясь цепочкой, связующей отдельные этапы исторического прошлого и памяти города... Старые названия, топонимы обычно сохраняются дольше всего, уже даже когда и облик города, страна, и мир, и занятия людей изменились в корне, эти слова будоражат воображение своей загадочностью.
Центральная часть древнего Еревана - Шагар, что по-персидски также означает «город». Так обычно и называется центральная историческая часть любого большого поселения (сравните лондонский Сити). Там находились магазины, караван-сараи, ларьки. Шагар тянулся до рынка, который назывался Гантар.
Самым известным районом города был Конд. Конд — значит «холм», который со времен персидской тирании сохранил до наших дней и другое наименование — Тапабаш, иначе — «вершина холма». Это был маленький город в городе, со своим населением, в основном, в 17-18 веках ,мусульманским. Армяне имели в крепости магазины, торговля в них шла целый день, а вечером, перед закрытием ворот Крепости, уходили.
Дзораагюх, где жили армяне, как свидетельствует само название, находился в ущелье Раздана, на скалах. Дома здесь лепились один к другому, плоская земляная крыша одного дома становилась двором для другого, и так постепенно, ступенчато жилища поднимались вверх. На северо-западе от Конда находилось старое кладбище Еревана — Козерн. Здесь были похоронены известные люди города. В центре кладбища — часовня и могила, в которой, согласно легенде, покоился прах известного средневекового ученого, летописца Ованеса Вардапета по прозвищу Козерн - «верблюжонок».
Другой квартал – Карханг или Дамрбулах (железный источник) являл собой место, где находились каменоломни и источник, в воде которого содержалось железо (откуда и название).
В стоящем на стыке караванных путей Ереване было несколько караван-сараев. И самые известные среди них - Гюрджи и Зарбаби. Первый — Гюрджи, в котором жили торговцы из Тифлиса. Для коней и верблюдов в пригородах были организованы стоянки и конюшни (современный район Сари-Таг) они назывались Дава-ятага (ночлег для верблюдов).
Из известных кварталов еще можно назвать Шилачи (Силачи)-майла, от «шилач» - красный цвет, кумач. Здесь красили полотна в красный цвет. Сейчас примерно на этом месте стоит Отель Silachi и здание Ташир.
А в другом районе, на возвышенности Раздана, одежду красили в голубой цвет и квартал назывался Бояхчи, красильни -Бояхана. В огромных кувшинах полотно окрашивали в голубой цвет.
На месте Детского парка находился большой крытый рынок старого Еревана — Гантар.
Одним из прохладных дачных районов был старый Норк, утопающий в зелени фруктовых садов, огородов, где находились дачи богачей. Кроме того, Норк был известен и своими ремесленниками. Здесь в основном развивалось гончарное дело, изготовлялись кувшины, горшки, пиалы и пр. Этих ремесленников называли чомлакчи (гончар), и квартал тоже — Чомлакчи.
Из старых кварталов в настоящее время остался Конд. Он сохраняет свое старое историческое название...
По решению властей, хотя и с большим опозданием, Конд должен оставаться своеобразным заповедным районом столицы. Увы, многие старые дома и памятники разрушены безразличной рукой. Но и то, что сохранилось, необходимо беречь — будь то старый дом или узкая улочка близ церкви Свят.
История , рост и преображение города в ХХ веке были стремительны и чудесны. Мы можем сколь угодно долго критиковать то, что нам не нравится в облике города. Но ясным остается одно: была создана школа ,новая национальная архитектурная школа визитная карточка города и страны .. Все это видится столь стройно и четко от общей концепции, генплана и до деталей , потому, что создавалось одновременно на одном дыхании и закладывалось практически одним человеком, выносившим как дитя эту общую идею национальной архитектуры с опорой на бесспорные сохранившиеся образцы армянского зодчества.
Архитектор Александр Таманян создал идею того Еревана, что мы знаем с его дворами и гигантским ордером, что мы видим на фасадах на основных магистралях города.
А складывалось все не совсем просто когда появилась независимость и мечта армян о своем государстве стала явью, оказалось что 12 по счету столица никак не подпадала под определение столицы : глинобитные лачуги, пыль и всего пара каменных домов на центральных улицах.
Но как писал Л.Н.Толстой: « великие люди истории - суть ярлыки и каждый появляется в свое время и место». Тут можно только согласиться поскольку Еревану был необходим зодчий именно такого масштаба.
Долгие десятилетия официальная история гласила, что Таманян приехал в Ереван в 1923 году по приглашению правительства Советской Армении. Однако на деле все обстояло несколько иначе. Александр Иванович переехал в Армению… в 1919г., еще во время Первой республики. В сорок один год он уже был академиком архитектуры, снискал славу талантливого зодчего, и перед ним открывались заманчивые перспективы работы в Европе и Америке за рубежом. Но он выбрал разоренную и нищую Армению.
Здесь Таманяна назначили главным архитектором страны, и в 1920г. он представил проект реконструкции Эривани правительству республики. Приход большевиков к власти в ноябре 1920-го и обострение обстановки в стране вынудили его уехать в Иран и поселиться с семьей в Тавризе. Но новому армянскому государству повезло вдвойне — Александр Таманян был не только выдающимся архитектором, но и человеком, всецело преданным национальной идее. Советская или еще какая, но Армения на карте мира все же появилась, и вопрос строительства ее новой столицы никто с повестки дня не снимал. Совнарком Армении дал архитектору личные гарантии безопасности для него и его семьи, и в 1923 году они вернулись в Ереван. Впереди были поиски и новые идеи, минуты отчаяния и вдохновения, годы тяжелого, напряженного труда, мировое признание.
Как известно Таманян родился в Екатеринодаре и изучал архитектуру в Петербургской Академии художеств. Именно Петербург с его великолепными площадями, дворцами и парками стал той средой, где формировался вкус талантливого архитектора. В 1904 году Таманян окончил Высшее художественное училище при Императорской академии художеств и с головой окунулся в профессиональную деятельность. По его проектам строились здания в Петербурге, Москве, Ярославле и других российских городах. В частности, широкую известность принес ему комплекс Ярославской сельскохозяйственной выставки — павильоны, построенные в стиле русского деревянного зодчества, не просто воссоздавали традиционные формы, но были функциональны и созвучны времени, сохраняя в то же время национальный колорит. Использование традиций национальной архитектуры в проектировании современных зданий стало в дальнейшем одним из основных приемов Таманяна.
Темпы работ Александра Ивановича были невероятными. В 1925 —1932гг. он спроектировал в Эривани Медицинский, Гинекологический, Физиотерапевтический, Ветеринарный, Химико-физический (впоследствии Политехнический), Научно-исследовательский институты, детскую клинику, обсерваторию, публичную библиотеку, Высшую сельскохозяйственную школу и многое, многое другое. Одной из самых значительных его работ было здание Дома правительства на площади Ленина (ныне площадь Республики) — замечательный пример работы с историческим материалом. Эстетика древнего зодчества была блестяще переведена Таманяном на язык современной архитектуры. Это потрясающее по красоте здание стало впоследствии отправной точкой для развития современной армянской архитектуры.
Идея создания театрального здания нового типа возникла у Таманяна давно. Начало XX века — период активных поисков новых, неожиданных решений в театральной режиссуре и сценографии. Одним из самых смелых новаторов и экспериментаторов был немецкий режиссер Макс Рейнхардт, труппа которого в 1911 году выступила с гастролями в Москве и в Санкт-Петербурге. Особенно сильное впечатление на Таманяна произвел спектакль по пьесе Софокла «Царь Эдип», поставленный не в театральном зале, а в цирке. Именно тогда Таманян начал обдумывать идею принципиально нового театрального здания, о чем свидетельствует личная заметка, сделанная им 31 декабря 1911 года: «Хотелось бы построить театр. Классический. Фасад строгий, в виде храма. Зрительный зал в духе Палладиевского театра, без потолка такого, какой обыкновенно принят, т.е. чтобы потолок принадлежал самому театру и опирался на внешние стены здания театра, которое служило бы оболочкой для зрительного зала, представляющего из себя особый, классический храм без крыши, входы в который из фойе были бы обработаны в виде классических портиков храма…» Запись эта была проиллюстрирована эскизом, похожим на ранние, еще однозальные варианты плана Народного дома.
В конце 1925 года Таманян поднял вопрос о начале проектирования Народного дома в Эривани. Это должен был быть театр совершенно нового типа — массовый народный театр. Состоявшееся в январе 1926 года заседание Центрисполкома Закавказской федерации дало добро на его строительство, учитывая, что в Эривани не было не только крупного театра, но и вообще никакого помещения для собрания большого количества людей. Работа закипела. В процессе обсуждения проекта будущего здания принимала активное участие и творческая интеллигенция Армении, в частности, Мартирос Сарьян подчеркивал, что архитектура новостройки должна быть глубоко национальной. Были и противоположные мнения. Как и во всех остальных сферах жизни, в архитектуре немаловажную роль стала играть тогда политическая конъюнктура. Но Таманян уже сделал свой выбор — создавать новую армянскую архитектуру на базе национальных и мировых классических образцов.
Среди его ереванских построек – первая очередь гидроэлектростанции (ЕРГЭС-1, 1926),
Театр оперы и балета имени А.Спендиарова (1926–1953),
Дом правительства (1926–1941) и др.
Умер Таманян в Ереване 20 февраля 1936.
Дело продолжили сыновья Камиллы Матвеевны Бенуа (Эдвардс, 1885-1965) и Александра Ивановича Таманяна, правнуки Николая Леонтьевича Бенуа:
Таманян Георгий Александрович (Геворг Таманян) (1910, Спб. - 1993, Ереван) - заслуженный архитектор Армении, заслуженный строитель Армении, лауреат Госпремии Армянской ССР (1970);
И Юлий Александрович Таманян (1922-1993) - архитектор и реставратор средневекового армянского зодчества
Амаяк Вачеян
ИАПС Антитопор
